Диланян, редактор женского журнала и мочевой пузырь (рассказ)

— Господи, ты наказываешь меня за мои грехи, грехи моего отца, деда и прадеда! — изволил беситься его светлость князь Горисский Диланян, по совместительству врач-уролог. — Ибо наказывать человека так жестоко за одни только его грехи было бы слишком несправедливо!

— Оганес, я тоже не безграмотная и читала Ходжу Насреддина, — ответила главный редактор модного издания Татьяна Александровна, нервно постукивая ноготками по столу. — Но эту твою статью опубликовать я не могу!

Разговор происходил в редакции, куда Диланян пришел выяснить причину отказа в публикации статьи. Поступок для него беспрецедентный, ибо к отказам он всегда относился ровно, тут же выкладывал статью у себя в дневнике и получал отзывы, доказывающие, что статья была стоящая, а вы, уважаемый зловред, грызите себе локти и не смейте возлежать с отроковицей! Но на сей раз вопрос был принципиальный: статью надо было публиковать, и надо было публиковать именно для женской аудитории.

— Да приснится тебе агглютинация О-фактора патогенности к твоим гликозаминогликанам! — предал редакторшу анафеме Диланян. — Да ощутишь ты императивный позыв к микции! Почему ты не хочешь публиковать мою статью?

— Вот как раз поэтому, — Татьяна Александровна давно привыкла не впадать в эмоции в ответ на проклятия. — Твоя статья изобилует терминами! И еще, это же полная чернуха!

— Почему чернуха? — удивился Диланян. — Обычный рабочий процесс!

— Оганес, — устало бросила редакторша. — Может быть, для тебя это в порядке вещей. Но журнал наш читают обычные люди. Психически, как правило, нормальные. Не безумцы и не извращенцы.

— Я безумец и извращенец?! — взбеленился Диланян. — О, грязная помесь паука и гиены…

— Погоди, — зловред нетерпеливо махнула рукой. — Слушай, цитирую: «Медсестры избегали входить в операционную, ибо там пахло кипяченой мочой и жженой плотью». Это нормально?

— Ну… — не нашел что возразить Диланян.

— Оганес. Я в день читаю двадцать — тридцать статей. Привыкла ко многому. Но даже я… — голос редакторши сорвался на крик, — …даже я испытала тошноту и вчера весь день ничего не могла есть после прочтения этой твоей порнографии! Не пойдет она в печать!

— У тебя когда-нибудь был цистит? — после минутной паузы поинтересовался Диланян. — На пару дней?

— Был. Я на холодном камне посидела. Выпила таблеточку, и все! — выдохнула редакторша.

— А вот представь, что это состояние с тобой каждый день. С утра и до вечера. Что ты не можешь выйти из дома, потому что постоянно хочешь мочиться. Что ты боишься мочиться, потому что это больно. Ты не можешь жить половой жизнью, ибо каждый половой акт для тебя заканчивается таким обострением, что ты проклинаешь партнера на чем свет стоит! — сделал последнюю, отчаянную попытку Оганес.

Острый цистит — воспалительное заболевание мочевого пузыря, связанное с проникновением в него инфекции. Заболевание характерно для женщин ввиду короткого и близко расположенного к аногенитальной зоне мочеиспускательного канала.

— Да к врачу я пойду, к врачу! У меня ДМС в хорошей поликлинике! — Редакторша уже совсем не владела собой. — При чем тут мой журнал?

— Ты знаешь, что в самой лучшей поликлинике лимит приема пациента — семнадцать минут? И что за это время разобраться в причинах женской дизурии не-воз-мож-но! Да что я тебе объясняю… — Диланян безнадежно махнул рукой, собрал свои листки и двинулся к выходу.

— Вот опять. Опять! — Истерика нарисовалась на лице редакторши, она дышала часто, лицо ее покраснело.

— Что опять? — повернулся Диланян.

— Дизурия. Что это за фигня? Ты понимаешь, что как только даже очень умная женщина дойдет до этого слова, она зевнет и перевернет страницу? И даже не посмотрит рекламу и не откроет пробник шампуня против перхоти? Ты можешь сесть и рассказать мне нормальными, обычными словами, без чернухи, что это за ересь — хронический цистит? И почему это должно быть интересно моей аудитории?

— Потому что его не существует, — ровным, бесцветным голосом сказал Оганес. — До встречи, Тань.

— Погоди… Эй, есть кто-нибудь там? Принесите мне кофе и что-нибудь типа коньяка. Граммов сто, — чувствуя, что способность трезво мыслить все равно покидает ее, крикнула редактор в селектор. — А ты перестань дуться, садись и повтори то, что только что сказал.

— Хронического цистита не существует, — повторил Диланян. — Это ошибка.

— Это только твое мнение или как? — насмешливо поинтересовалась редактор.

— Вбей в поисковик «МКБ-10». Скачай файл. Открой раздел N 30 — цистит. Там просто нет такого диагноза! — затараторил Оганес.

— Что такое «МКБ-10»? — спросила Татьяна Александровна, выполняя указания. — Маленький коллайдер Буша?

— Международный классификатор болезней десятого пересмотра, — показал оскал Диланян.

— Так, так, так… Ну, вот же! «Хронический интерстициальный цистит», «Другой хронический цистит», — победно изрекла Таня, мол, не морочь мне голову.

— А ты знаешь, что такое интерстициальный цистит? А не задаешься ли вопросом, почему не просто «хронический цистит», а «другой»? — демонически улыбнулся Оганес. — Почему это в серьезном классификаторе, которым пользуются все врачи мира, нет диагноза «Хронический цистит»?

— Почему? И что такое все вышеперечисленное?

— Интерстициальный цистит — это отдельная патология, в данный момент мы ее касаться не будем. А вот «Другой хронический цистит» ставят, когда нельзя уточнить диагноз. Ну, или не хочется, — раскрыл секреты всех врачей Диланян.

— Как это не хочется? Как это… Это же ваша обязанность — диагноз правильный поставить! — встрепенулась редакторша.

— Поди, попробуй поставить диагноз женщине с нарушением мочеиспускания за семнадцать минут… Невозможно. Ни у кого не получится!

— Слушай. Вот объясни мне. Почему бывает хронический бронхит, хроническая почечная недостаточность, еще миллион хронических заболеваний, а цистита не бывает?! Почему?!

— Потому что мочевой пузырь — слишком совершенный орган.

— Как это?

— Ну, он создан для накопления мочи. А моча — это агрессивная среда. Ты пробовала когда-нибудь пописать в аквариум?

— Зачем? Рыбки же подохнут…

— Ага, и вонять будет… Для того чтобы клетки слизистой мочевого пузыря не подохли, природа сделала ее, во-первых, очень живучей, во-вторых — восстанавливаемой. Плюс к этому мочевой пузырь — хорошо дренируемый орган.

— Что-что?

— Ну, опорожняется постоянно. Как ты себе представляешь, бактерии что, лапами будут цепляться за стенки пузыря во время мочеиспускания?

— Хм… Нет, это вряд ли. У них лап-то, наверное, и нету… — как-то неуверенно высказалась Татьяна. — Или есть?

— Ну, условно есть. Но не такие сильные, чтобы противостоять этому мощному потоку. Тем более что у женщин поток несравненно сильнее, чем у мужчин. Но циститами болеют преимущественно женщины.

— Опять женщин дискриминируешь? — подозрительно сощурилась Татьяна. — Ну что мы тебе такого плохого сделали?

— Ничего. Просто у вас мочеиспускательный канал короткий и широкий.

— А ты бы хотел, чтобы был длинный и узкий? — саркастически улыбнулась Таня. — И висел между ног?

— Ни-ни, боже упаси! — испугался Диланян и перекрестился. — Просто это одна из причин циститов. Короткая уретра, находясь вблизи от ануса и влагалища, инфицируется кишечной палочкой, та ползет вверх и вызывает цистит.

— Но ты ведь сам говоришь, что пузырь — слишком совершенный орган, — возразила потерявшая нить рассуждений редакторша. — Будет острый цистит и пройдет, ничего страшного!

— Да. А на деле иногда получается хронически рецидивирующий цистит! — победно изрек Диланян, как будто после этой фразы все встало на свои места.

— Погоди-погоди. Миллионы женщин вообще не болеют циститами или болеют эпизодически, раз в десять лет! При чем тут твой хронически рецидивирующий? Да, и почему бы его не назвать просто хроническим?

— Если его так назвать, то придется его лечить перманентно, постоянно заставляя человека принимать антибиотики. А вот если назвать эту гадость «хронически рецидивирующий цистит», то придется указать причину рецидивов и ликвидировать их!

Хронический цистит — несуществующий диагноз. В МКБ-10 есть диагноз «Другой хронический цистит», что означает требование к детализации диагноза. Например, «Эктопия уретры первой степени; Хронически рецидивирующий вторичный цистит». Подобная ошибка широко распространена ввиду нехватки времени у поликлинических врачей-урологов. Стационарные же врачи этим не занимаются. Результат — частое, безрезультативное и неадекватное назначение больших доз антибиотиков, приводящих к большим проблемам.

— И что это за причины? — сощурилась Татьяна. — Почему в поликлинике их невозможно найти и ликвидировать?

— Вот смотри, объясняю на пальцах. Женщины — они рождаются девушками, да?

— Ну да…

— У них есть девственная плева, верно?

— Кхм… Бывает…

— И во время первого полового акта она рвется, так?

— Угу…

— А вот теперь подумай и скажи мне, что образуется на месте разрыва этой самой плевы?

— Э-э-э… Ничего…

— Рубцовая ткань там образуется. Как в шраме. И так как влагалище — штука круглая, то эти самые рубцы иногда тянут мочеиспускательный канал к себе вглубь! Называется это страшными словами «гименоуретральные спайки». Всего на сантиметр, но этого хватает, чтобы уретра перестала смыкаться, зияла и при укорочении захватывала всю гадость из близко расположенных ануса и влагалища.

Эктопия уретры — состояние, развивающееся у женщин после дефлорации в результате образования рубцовой ткани на месте разрыва девственной плевы. Рубцовая ткань механически тянет к себе уретру, в результате чего последняя еще более укорачивается, а наружное устье ее начинает зиять. Инфекция проникает в мочевой пузырь проще, особенно после половых актов.

— Ну и почему мочевой пузырь не выкидывает все это из себя? — редакторша, кажется, наконец-то всерьез заинтересовалась темой.

— Да выкидывает и вполне себе успешно восстанавливается. Только ведь… Инфекция-то, а именно кишечная палочка, вновь и вновь поступает в пузырь. Начинает размножаться, довольно активно, вызывает тригонит и…

— Стоп. Стой, Диланян, помолчи, — перебила собеседника Татьяна. — Мы сейчас, кажется, говорили, что кишечная палочка вызывает цистит?

— Ага.

— А тригонит — это что за богомерзость?

— Это воспаление треугольника Льето…

— Что за треугольник?

— Он находится в самой нижней части мочевого пузыря. Образуется устьями мочеточников и внутренним устьем мочеиспускательного канала.

— То есть это тот же самый цистит, только в нижней части? А почему его выделяют в отдельную группу? Вон, даже в МКБ-10 есть.

— Ну, просто потому, что из-за воспаления меняется структура шейки мочевого пузыря, и устья мочеточников начинают зиять. И здесь возможен обратный заброс мочи в почки!

— А если моча инфицированная, то эта инфекция попадет в почки и вызовет их воспаление, да? — после недолгого размышления спросила Татьяна. — Я правильно понимаю?

— Бинго! В самую точку, — подтвердил подозрения редактора Диланян.

— И тогда мы имеем…

— Пиелонефрит.

— Да, у меня была такая ересь, когда я рожала второго, — задумчиво сказала Татьяна. — Штука пренеприятная…

— Очень.

— Я все же не понимаю. Почему нельзя просто посмотреть в поликлинике и увидеть эту самую эктопию, то есть смещение канала? Почему?

— Ну, во-первых, мало у какого уролога хватит времени в поликлинике провести гинекологический осмотр. А гинекологи на это внимания не обращают. Не их патология.

— Ну, попросить уролога посмотреть — и все дела?

— Не совсем. Эктопия уретры — это далеко не единственная причина хронических инфекций мочевых путей, — Диланян задумался, закурил, соображая, как бы подоходчивее объяснить остальные причины.

— Та-ак… Хорошо, что я врачом не стала. А мама ведь почти плакала, когда я в журналистику пошла. Что еще?

— Камни. Дивертикулы. Сужение уретры. Скинеит. Заболевания, передающиеся половым путем. Эндокринологические расстройства. Сахарный диабет. Опущение почки. Гидронефроз.

Дивертикул — выпячивание в стенке мочевого пузыря. Опорожняется плохо, поэтому создаются условия для роста бактерий.

Скинеит — воспаление скиниевых (или парауретральных) желез. Эти железы — рудиментарные остатки предстательной железы, которой, как известно, у женщин нет. Железы окружают уретру, особой функции не имеют, но в них шикарно живут бактерии, которые и забрасываются в мочевой пузырь.

— Стоп! Хватит! — Верхнее веко Татьяны начало дергаться. — Скажи честно, это ты сейчас надо мной издеваешься или как?

— Нет пока, — буркнул Диланян. — А что?

— Ты вот посмотри на объем своей статьи! Куда я это впихну?

— На разворот, в восемь колонок…

— Боже, покарай этого человека за многословие и блуд!

— При чем тут блуд? Где ты видела блуд?

— Ты уже час талдычишь про влагалище! Это ли не блуд?! Сжечь бы тебя на костре!

— Я тебе еще про скинеит не рассказал, — улыбнулся Диланян. — Да и про эктопию далеко не все.

— Что еще про эктопию? — простонала редактор, силы уже покидали ее.

— В общем, обязательно надо указать, что если при цистите повышается температура, то надо пойти к врачу! — заторопился Диланян. — А еще — что эта самая эктопия лечится только хирургически: удлиняют уретру, чтобы ее устье не контактировало с обсемененной бактериями средой!

Редакторша молчала. Глаза ее были закрыты, на бледном лице нарисовано страдание. Мысль читалась слишком явственно, поэтому Диланян поспешил опровергнуть ее.

— Нет-нет, ты не думай! После операции уретра не висит! Никакого уродства, все красиво!

— Диланян… — не открывая глаз, очень медленно проговорила редакторша. — Пиши статью. В виде нашего разговора. И без терминов. И без кипяченой мочи. Без жженой плоти. Ладно?

— Спасибо тебе, Тань, — после недолгой паузы тихо уронил Диланян. — Тема все-таки важная…

— Не обижайся только. Я твою статью читать и редактировать не буду. Договорились? — Даже закрытые глаза редакторши выражали желание больше никогда не видеть Диланяна.

— Хорошо, Тань. Спасибо тебе. До встречи.

Диланян встал, тихо закрыл за собой дверь и обратился к секретарше:

— Мария, налейте Татьяне Александровне еще сто граммов коньяку, пожалуйста. И это… не пускайте сегодня к ней никого. Пусть одна побудет.

Любой женщине, даже той, которая никогда не испытывала проблем с мочевым пузырем, необходимо соблюдать следующие правила:

а) никогда не сидеть на холодном камне;

б) не увлекаться зимой легким и невидимым бельем;

в) ввести в свой рацион клюквенный морс, хотя бы два раза в неделю по одному стакану.