ПРОСТО ЗАЦЕПИЛО.... очень...

ХОЧЕТСЯ...

Хочется каких-то простых вещей.

Хочется, чтоб встал утром и солнышко светит, и чтоб тепло и лето, и чтоб каждый день, как заново родился, чтоб радостно и здорово от того, что радостно.

Хочется хлеба с маслом и чтоб из рук не вываливался, а если и вывалится, чтоб не маслом на пол, а то потом вечно какие-то крошки выковыривать и всякую ерунду счищать.

Хочется, чтоб с разбегу и в море, а вода теплая и в ней рыбки и прозрачное дно, и чтоб нырнул и красивую ракушку непременно отыскал.

Хочется искупать красного коня. Найти его, обязательно красного, потому что другие купали, о чем и свидетельства имеются, а ты еще нет; так вот хочется искупать и чтоб он мягкими губами у тебя с ладони что-нибудь такое собирал.

Хочется кактусов.

Ты вышел - впереди обрыв, внизу море голубое, а до моря тропинка вьется и вдоль нее они же и растут.

Кактусы. Мда.

Только не плоские лепешки, а такие огромные желто-зеленые шары.

Колючие, колючие.

Хочется нежности. Очень хочется. И не только своей собственной, когда ты такой нежный-нежный, но чтоб и тебе.

Чтоб подкрались сзади, обхватили, ворковали, целовали и дети, и не дети.

Женщины, или же девушки, например.

А что? Я не против женщин и девушек. Да. Я всегда за.

Потому что девушки... ну и женщины, конечно, они же иногда... так здорово выглядят, когда светятся изнутри, и ты в ответ светишься, и тоже хочешь, чтоб изнутри...

а сам чушь молотишь, а может и не чушь, но молотишь-молотишь...

Хочется каких-нибудь невероятных картин, и чтоб всем ясно было, что ты их написал, и чтоб спрашивали: как вам это удалось, - а ты чтоб отмалчивался и скромно пожимал плечами, потому что именно в этот момент ты и обучился необычайной скромности, чего раньше в тебе днем с огнем, но вот теперь - о-го-го!

Дочку хочется. Сын уже есть и он вырос. Он такой большой, что кажется и не сын. Он все про свое, а ты ему какую-то глупость, а он тебе в ответ, и разошлись по комнатам, а потом сошлись, виноватые, или не виноватые, но не совсем, и столько хочется сказать ему, но слова все какие-то грубые, и лучше бы помолчать или постоять и простить...

А дочку хочется, потому что у нее же такие мягкие волосики должны быть, и еще они виться должны, потому что локоны. Да. Конечно локоны.

И они щекочутся, когда по лицу.

Хочется играть в снежки, когда бежишь, торопишься, смеешься. Схватил, слепил, бросил, попал, а теперь бегом спасаться, а то догонят и намылят шею.

Хочется в пургу, когда на тебе доха до полу, а потеплело и метет - глаз не открыть, а тебе хорошо и здорово, и рядом ни одного человека - пусто, пустынно.

Находился - зашел в дом. А это дом в горах, потому что и пурга в горах, а в доме какие-то люди - тебя от тепла развезло и ты уже плохо соображаешь - они говорят о пурге, о дороге, о том, что все замело, и теперь ждать непонятно сколько. Они говорят и говорят, неторопливо жужжат, а у тебя в руках стакан с горячим вином. Ты его отхлебнул и сейчас же понимаешь, что ничего нет вкуснее, и тебя в момент затопила теплота, и голова тянется к столу - упала на руки, и ты уже спишь - а люди все еще слышны, потому что они где-то рядом... хочется... (С) А.М.Покровский, 2001